Ashton-Tate — показательный пример того, как компания может стать владельцем целого отраслевого стандарта, а затем быстро потерять рынок из-за собственных неудачных решений. В 1980-е годы продукт dBASE, созданный этой корпорацией, стал основой для тысяч бизнес-приложений. Однако судебные тяжбы и неудачный релиз новой версии подорвали репутацию фирмы и ослабили ее коммерческие позиции. Разбираемся, где Ashton-Tate просчиталась.

Что за dBASE и как он стал стандартом

dBASE — это одна из первых массовых программ для работы с базами данных на персональных компьютерах, ставшая стандартом для бизнес‑учета в 1980‑е. Это не только программа, но и язык программирования. Он был довольно простым и с удобными командами (use, find, append, list и т. д.). Его изобрел молодой программист Уэйн Ратлифф из Лаборатории реактивного движения в Пасадене, Калифорния. 

У Ратлиффа возникла идея программы для баз данных, работающей на обычном ПК. Его программное обеспечение могло не только создавать таблицы, сохранять и загружать данные, но и создавать программы на чистом ASCII (подобно пакетным файлам DOS), которые могли отображать и печатать данные. Разработчик назвал свою программу Vulcan и начал продавать ее по почте.

Потенциал этой программы разглядел Джордж Тейт — вместе они и создали Ashton-Tate. В Канаде программа стоила в переводе на американскую валюту около $650. Дороговато для тех лет. Но на дворе были 80-ые. В dBASE было достаточно много команд, чтобы через ПО можно было не только работать с базами данных, но и создавать бухгалтерские или даже научные приложения (чего не могла сделать ни одна программа для работы с электронными таблицами тех лет).

Сила dBASE была не только в продажах, но и в экосистеме. Формат DBF, язык команд и общая логика построения приложений стали фактически нормой для малого и среднего бизнеса. Под dBASE писали учетные, торговые, складские и управленческие системы, а совместимость с ним превратилась в обязательное условие для целого класса программ.

В 1983 году компания разместила акции на бирже. В то время она получала миллионную прибыль (например, $16,6 млн за 1987 год) и международные контакты: 

• с итальянской Editrice Italiana Software $2,7 млн;

• с мексиканским дистрибьютором SIGA;

• с La Commande Electronique (Франция) — $10 млн.

Летом 1985 года они даже купили MultiMate больше чем за $20 млн — это была самая крупная сделка в истории микропрограммного софта того времени. Также в 1986 году продажи dBASE достигли 1 000 000 копий. По этому поводу была запущена промо‑кампания «One Millionth dBASE».

Как стремление защитить и ограничить погубило Ashton-Tate

Владелец стандарта dBASE, помимо преимуществ, сталкивался с риском попасть под ограничения из-за монополии. Это и произошло с Ashton-Tate. 

Почти сразу после черного понедельника, в 1988 году, Ashton-Tate подали иск против Santa Cruz Operation и Fox Software, производителя FoxBASE и будущего FoxPro. Компания утверждала, что конкуренты незаконно копируют «уникальный внешний вид и функциональность» программ, включая «команды, меню и текст». 

Ashton-Tate также хотела, чтобы суды признали язык dBASE исключительной интеллектуальной собственностью компании. Этот шаг был большой ошибкой, по

скольку разработчики опасались, что Ashton-Tate будет требовать роялти за каждую проданную копию приложения. Многие программисты начали искать альтернативы, конкуренты стали активнее заниматься своими разработками. Ashton-Tate хотели задушить конкуренцию, но вместо этого только подстегнули ее. 

Спустя два года судья признал авторские права компании Ashton-Tate на их собственную линейку программ dBASE. Но были нюансы. Победа оказалась поражением. Суд пришел к выводу, что Ashton-Tate сознательно обманула Управление по авторским правам США. Компания знала, что ее программы созданы на основе JPLDIS, некой программы в общественном достоянии, но этот факт скрывали. 

Последствия были тяжелыми не только для конкретного дела. Если раньше Ashton-Tate пыталась юридически закрепить за собой язык и стандарт, то после судебных ударов эта стратегия стала куда менее убедительной.

К слову, впоследствии, уже после развала Ashton-Tate, чтобы противостоять dBASE Microsoft потратила 173 миллиона долларов на слияние с уже упомянутыми Fox Software. 

Как компания добила себя неудачным кодом и релизом

Юридические проблемы совпали по времени с еще более разрушительным ударом — неудачным релизом dBASE IV. Рынок ждал новую версию как важный технологический шаг вперед — более современную архитектуру, улучшенный язык, поддержку SQL и развитие платформы под растущие бизнес-задачи. 

На практике ранние версии dBASE IV оказались медленными, нестабильными и плохо оптимизированными. В отраслевых обзорах и пользовательских обсуждениях продукт критиковали за баги, проблемы производительности и общую тяжеловесность по сравнению с конкурентами вроде FoxPro и Clipper. Они часто работали быстрее и воспринимались как более зрелые инструменты.

Почему рынок ушел к конкурентам

Падение Ashton-Tate объяснялось не одной ошибкой, а сочетанием факторов:

1. Конкуренты вроде Fox Software предлагали более высокую скорость и лучшую практическую пригодность для разработчиков;

2. Агрессивная судебная стратегия делала Ashton-Tate токсичным центром экосистемы, а не ее естественным лидером;

3. dBASE IV закрепил ощущение, что компания хуже рынка понимает собственную технологию и хуже конкурентов умеет развивать ее.

Стандарт де-факто работает до тех пор, пока его владелец дает рынку лучший или хотя бы более-менее надежный продукт. Когда этого не происходит, стандарт начинает жить отдельно от материнской компании.

Поглощение Borland и конец Ashton-Tate

Весной 1990 года Microsoft выпустила Windows 3.0, и она мгновенно стала хитом. Пользователям было нужно программное обеспечение, работающее с Windows. Ashton-Tate не смогла удовлетворить этот спрос, зато надежды подавала небольшая фирма Borland. Им удалось убедить руководство Ashton-Tate в том, что инженеры Borland лучше подготовлены для обеспечения будущего dBASE. Осенью того же года Borland приобрела некогда великую IT-компанию.

Поглощение сопровождалось вниманием антимонопольных органов США. Они проследили, чтобы не произошло монополизации dBASE-совместимости и сохранилась возможность для рынка использовать язык и формат без блокировки со стороны нового владельца.

Так закончилась история компании, которая сумела превратить продукт в инфраструктурный стандарт, но не сумела удержать доверие разработчиков и клиентов. Ashton-Tate проиграла не потому, что у нее не было рынка, а потому, что она переоценила силу контроля над стандартом и недооценила качество кода, экосистему и правовые риски.

P.S. Как нетрудно догадаться, с Borland также разделались довольно быстро. Но это была уже другая история.