В июле 2006 года сотрудники Музея истории компьютеров в Калифорнии получили необычное сообщение из Германии. Автор письма утверждал, что в одном из складских зданий города Кастроп-Рауксель хранятся сотни единиц старой вычислительной техники, документы и носители данных разных эпох. Несколько фотографий выглядели достаточно убедительно, чтобы музей отправил на место своих специалистов.
Поездка быстро превратилась в масштабную инвентаризацию. За дверями заброшенного склада обнаружились мейнфреймы, аналоговые вычислительные машины, терминалы, накопители, перфокартное оборудование и архивы документации, охватывающие несколько десятилетий развития отрасли. Оказалось, что этот склад — просто сокровищница технологических артефактов минувшей эпохи. Давайте посмотрим, что там и как.
Искали медь, а нашли золото!
В июле 2006 года куратор Даг Спайсер получил неожиданное электронное письмо. В нем налоговый консультант из Дортмунда рассказывал о большом складе в городке Кастроп-Рауксель недалеко оттуда. На приложенных снимках виднелись стеллажи и паллеты с вычислительной техникой разных эпох. Спайсер показал фотографии коллегам, и после обсуждения с комитетом по коллекциям решили, что стоит отправить команду на место для детальной оценки. В итоге два сотрудника музея — Спайсер и Алекс Боханнек — вылетели в Германию.
Городок находится в промышленном регионе Рура. Во времена Второй мировой войны он часто подвергался бомбардировкам союзников из-за заводов и шахт. Это обстоятельство позже добавило напряжения в работу, но на момент приезда кураторов главное было понять, что именно хранится в огромном здании. Прибыв на место, они увидели трехэтажный склад, по размерам напоминавший ангар для реактивных самолетов. Внутри пространство было заполнено оборудованием, которое на первый взгляд казалось хаотичным скоплением старья. Однако при ближайшем рассмотрении становилось ясно, что перед ними не случайный хлам.
Владелец этой техники, как позже выяснилось, — профессор Вальтер Амелинг, много лет возглавлявший кафедру электроники и систем обработки данных в Рейнско-Вестфальском техническом университете в Ахене (Rogowski Institute). Именно он на протяжении десятилетий собирал оборудование, документы и носители данных, которые в итоге заполнили склад.
Сам Амелинг вполне себе здравствует и смог подробно рассказать сотрудникам музея о происхождении экспонатов. В момент визита кураторов главным было понять масштаб находки. Команда начала с общего осмотра, чтобы оценить объем работ и решить, какие именно предметы представляют наибольший интерес для музея. Это был только первый шаг в долгом процессе сортировки и документирования.
Ну что, за работу!
Склад занимал площадь примерно 22 × 50 м на каждом из трех этажей. Чтобы не запутаться в этом огромном пространстве, кураторы придумали простую, но эффективную систему: разбили пол на квадраты размером 2 × 2 м и присвоили им координаты вроде A1, B3 и так далее. Каждый из них фиксировали в блокноте с указанием производителя, модели устройства и любых опознавательных знаков. Такой подход позволил планомерно пройти весь объем без пропусков и дублирования усилий. Работа растянулась на 10 дней интенсивного труда.
В первую очередь кураторы занялись документами и носителями данных. Хотя эта часть занимала лишь около 20% площади склада, на ее изучение ушло почти 40% рабочего времени. Каждую коробку приходилось открывать и проверять отдельно, поскольку заранее было невозможно понять, что именно находится внутри.
Среди находок оказались самые разные носители информации: дисковые паки Diablo и RK05, бумажные ленты, перфокарты на 80 и 96 колонок, магнитные ленточные носители, DECtape, картриджи и гибкие диски. Многие из них содержали программы, исходный код и другие данные, представляющие интерес для исследователей истории вычислительной техники.
Не меньшая ценность и у документации. На складе сохранились полные комплекты руководств по эксплуатации, сервисные материалы, описания программного обеспечения и рекламные брошюры таких компаний, как IBM, CDC, Siemens, Telefunken, CII Honeywell-Bull и ICL. Для многих систем именно эти документы позволяют сегодня понять особенности их устройства и эксплуатации.
Основную часть склада занимало вычислительное оборудование разных эпох — мейнфреймы, мини-компьютеры, дисковые накопители, линейные принтеры и устройства для работы с перфокартами, выпущенные в период с 1930-х по 1980-е годы. Среди них встречались даже целые группы плоттеров Calcomp со старыми заводскими бирками. Каждую машину кураторы осматривали отдельно, определяя ее историческую ценность и сравнивая с уже имеющимися экспонатами Музея истории компьютеров. Это позволяло избежать перевозки дубликатов и сосредоточиться на действительно интересных экземплярах.
Кураторы отобрали и задокументировали 2056 артефактов. Из них 1127 — компьютеры, электронное оборудование и другие крупные экспонаты. Остальная часть — документы, фотографии, чертежи, техническая документация и архивные материалы.
Так а что нашли?
Когда инвентаризация начала продвигаться дальше, стало ясно, что на складе собраны устройства самого разного происхождения и назначения. Здесь соседствовало перфокартное оборудование довоенного периода, мейнфреймы 1960–1980-х годов, аналоговые вычислительные машины, терминалы, накопители, принтеры и специализированная периферия. Рядом с западногерманскими и американскими системами встречались разработки из стран Восточного блока, а некоторые экспонаты относились к направлениям вычислительной техники, которые давно исчезли из массового использования.
Особый интерес представляли аналоговые и гибридные компьютеры. До широкого распространения цифровых систем такие машины применялись для инженерных расчетов, моделирования физических процессов и научных исследований. Некоторые сохранились удивительно хорошо, хотя часть оборудования все же пострадала от времени, сырости и многолетнего хранения без какого-либо обслуживания.
Среди наиболее интересных находок оказался TRICE — цифровой дифференциальный анализатор, разработанный Packard Bell совместно с Raytheon. Такие системы использовались для комплексных инженерных и научных расчетов еще до того, как цифровые компьютеры окончательно вытеснили аналоговые и гибридные решения. Машина относилась к числу наиболее сложных представителей своего класса и применялась в аэрокосмической отрасли. Среди ее заказчиков были North American Aviation и NASA. Даже базовая конфигурация TRICE стоила около 89 500 долл. — огромная сумма по меркам того времени.
Не менее любопытной находкой стала панель управления от немецкого компьютера Librascope LGP-30 образца 1956 года. Эта относительно компактная по меркам своего времени система применялась для научных вычислений и считалась одной из первых машин, сделавших технику более доступной для университетов и исследовательских организаций.
Среди крупных систем встречались и хорошо известные мейнфреймы. Например, IBM System/370 Model 148 — одна из типичных больших вычислительных машин второй половины 1970-х годов, широко использовавшаяся в крупных организациях. Рядом находились компоненты Telefunken TR 440 — западногерманского мейнфрейма, выпущенного тиражом всего около 45 экземпляров преимущественно для университетов и научных учреждений.
На складе также сохранилось оборудование восточногерманской компании ROBOTRON, которая производила собственные компьютеры и периферию, а также советские системы, включая СМ 5400 с болгарским жестким диском. Такое соседство позволяло проследить, как развивалась вычислительная техника в разных странах и экономических системах в период холодной войны.
Помимо крупных систем, на складе сохранилось большое количество периферийного оборудования и рабочих терминалов. Например, Telefunken SIG 50, ленточные накопители Siemens System 4004, устройства для работы с перфокартами IBM, оборудование Elliott и различные аналоговые системы EAI. Встречались и более специализированные решения вроде бухгалтерских машин Exacta Continental 6000, сочетавших механические узлы с магнитной записью данных.
Отдельный интерес представляла периферия — от накопителей и терминалов до матричных принтеров Kienzle с тремя вертикально расположенными семиголовочными печатными головками. Многие экспонаты сохранили маркировку Computer Museum of Aachen, что позволяло проследить их происхождение и историю хранения. В результате музей получил не только отдельные редкие устройства, но и достаточно полное представление о том, как выглядели вычислительные центры разных эпох.
Преодолевая проблемы
Работа на складе сопровождалась и довольно необычными находками. Внутри одной из систем оптического распознавания символов Control Data за годы хранения успели прорасти растения. Под крышей обосновались птицы, поэтому часть оборудования оказалась покрыта толстым слоем помета. Особенно досталось одному из сортировщиков перфокарт, который сотрудники музея между собой прозвали «гуано-сортировщиком». Все это наглядно показывало, сколько времени техника провела без какого-либо присмотра.
Однако самым серьезным происшествием стала находка неразорвавшейся авиабомбы времен Второй мировой войны. Снаряд массой около 220 кг обнаружили примерно в 100 м от склада. Работы пришлось временно остановить, пока саперы проводили обследование и обезвреживание находки. Подобные случаи для промышленного региона Рура не были редкостью, но для участников экспедиции это стало еще одним напоминанием о том, насколько необычной оказалась история этого склада. После завершения работ специалисты смогли вернуться к инвентаризации и довести ее до конца.
Когда отбор закончили, встал вопрос о транспортировке такого объема через океан. Расходы на перевозку помогла покрыть немецкая компания SAP — один из крупнейших в мире разработчиков корпоративного программного обеспечения. Благодаря ее поддержке удалось организовать отправку всей коллекции в США. Масштаб находки оказался настолько велик, что весь отобранный груз занял объем примерно семи полностью загруженных фур. Сначала оборудование доставили в порт, затем морем через Панамский канал отправили к Западному побережью США. После прибытия в Сан-Франциско груз перевезли в Маунтин-Вью, где находится Музей истории компьютеров.
Коллекция оказалась настолько крупной, что существующих площадей для нее просто не хватило. В итоге музей приобрел новое хранилище с поддержанием постоянной температуры и влажности, куда отправилась значительная часть немецкой находки. В благодарность компании SAP, помогавшей с перевозкой, собрание получило название SAP Collection. С тех пор многие системы стали частью музейных выставок и исследовательских программ.
Эта находка оказалась ценной не только из-за количества уцелевших экспонатов. Вместе с компьютерами, терминалами и периферийными устройствами удалось собрать документацию, носители данных и сведения о происхождении многих образцов. Благодаря этому исследователи получили возможность изучать не отдельные машины, а целые этапы развития вычислений в том виде, в каком они существовали десятилетия назад. Склад в Кастроп-Раукселе стал еще одним напоминанием о том, что важные свидетельства прошлого могут скрываться в самых неожиданных местах, от заброшенных заводов до старых университетских корпусов, а судьба подобных коллекций нередко зависит от того, найдется ли человек, который вовремя заметит их ценность.