Когда я жила в Нэшвилле, мы с моими подругами часто выезжали на «экскурсии» по штату. Однажды мы поехали искать белоголовых орланов в западном Теннесси; в туалете национального парка нам встретилась женщина с кучерявыми волосами, которая сообщила, что вчера видела 113 орланов. Мы же за всю поездку увидели... двух.
Летом 2017 года мы поехали на ещё одну экскурсию на завод Манхэттенского проекта в Ок-Ридже. В 1942 году Ок-Ридж был выбран в качестве места создания завода по обогащению плутония и урана в рамках Манхэттенского проекта — совершенно секретного мероприятия по разработке первой атомной бомбы. Маленькое сельское поселение, расположенное в долине западного Теннесси, благодаря срочному проекту по созданию атомной бомбы превратилось в тайный посёлок под названием «Site X», увеличив своё население с трёх тысяч человек в 1942 году до 75 тысяч к 1945 году. Наряду с ростом населения были построены огромные здания комплекса.
Экскурсия
Нашей первой остановкой на маршруте стало помещение графитового реактора X-10 и пункт управления им. Графитовый реактор X-10 (блок графита площадью примерно 2,2 квадратных метра) стал вторым в мире полнофункциональным ядерным реактором. Производимый из урана плутоний отправлялся в Лос-Аламос (штат Нью-Мексико) для исследований, проводимых для создания атомной бомбы «Толстяк».
Я дизайнер, и моё внимание сразу привлекло то, что, как и в большинстве промышленных предприятий и комнат управления того времени, всё, кроме ручек, рычагов и кнопок, было покрашено в цвет морской пены; на фотографиях им покрашены стены реактора и комнаты управления.
Это заставило меня приступить к поискам: целый день я бродила по Интернету в поисках исторической информации об этом специфическом оттенке зелёного.
К счастью, этот путь привёл меня к работам теоретика цвета Фабера Биррена.
Осенью 1919 года Фабер Биррен поступил в Институт искусств Чикагского университета, но весной 1921 года бросил его, решив посвятить себя самостоятельному изучению цвета, потому что такой учебной программы не существовало. Он записывал интервью с психологами и физиками, проводил собственные исследования цвета, которые в то время считались нетрадиционными. Он покрасил стены своей спальни в красный цвет киноварью, чтобы проверить, не сведёт ли это его с ума.
В 1933 году он переехал в Нью-Йорк и стал самозванным консультантом по цвету: приходил в крупные корпорации и продавал им идею о том, что правильное использование цветов может увеличить продажи. Он убедил чикагскую мясную оптовую компанию, что из-за белых стен мясо выглядит непривлекательно. Биррен изучил сочетания стейков с разными фонами и обнаружил, что благодаря синему/зелёному фону говядина выглядит более красной. Продажи возросли, и вскоре компании из множества разных отраслей стали нанимать Фабера для применения теории цвета в их работе; в их числе была и крупная компания DuPont, занимавшаяся химическими производствами, военными контрактами, а также проектировавшая здания Манхэттенского проекта.
Кодирование промышленного цвета
В период Второй мировой войны военное производство в США выросло, и Биррен с DuPont создали эталонный код цветовой безопасности для всей отрасли промышленных заводов, предназначенный для снижения количества несчастных случаев и повышения эффективности. В 1944 году эти цветовые коды были утверждены Советом национальной безопасности США, а позже были признаны во всём мире, став в 1948 году обязательными к использованию. Цветовое кодирование было таким:
Огненно-красный: всё, что связано с защитой от пожаров, кнопки аварийного останова и резервуары огнеопасных жидкостей.
Солнечно-жёлтый: обозначает необходимость внимания и физические опасности, например, падения.
Предупреждающий оранжевый: опасные детали оборудования.
Безопасно-зелёный: обозначает всё, что связано с безопасностью: оборудование для оказания первой помощи, аварийные выходы и станции для промывки глаз.
Предупреждающий синий: информация, не связанная с безопасностью, уведомления и таблички «не работает».
Светло-зелёный: используется на стенах для снижения визуальной усталости.
Загадка промышленного светло-зелёного наконец-то была решена благодаря этой статье из UChicago Magazine.
Продолжив тему комнат управления, я исследовала второй завод Манхэттенского проекта — Хэнфордский комплекс, ставший домом реактора Б — первого в мире полнофункционального реактора для производства плутония. К моему удивлению, этот комплекс выглядел, как ода светло-зелёному и цветовым кодам Биррена, что было логично, ведь его клиент DuPont также отвечал за проектирование и строительство в Хэнфорде.
В книге Биррена Color for Interiors: Historical and Modern 1963 года он пишет об исследованиях, проведённых для измерения усталости глаз на промышленном рабочем месте, и о влиянии цвета интерьера на эффективность и комфорт человека. На примере показанной выше таблицы цветов он утверждает, что правильное использование оттенков может снизить количество несчастных случаев, повысить стандарты обслуживания оборудования и улучшить моральных дух трудящихся.
«Важность цвета на заводах в первую очередь заключается в контроле яркости в поле зрения для повышения эффективности условий работы. Интерьеры можно подстраивать под эмоциональное удовольствие и интерес при помощи тёплых, холодных или светлых оттенков согласно условиям работы. Цвет должен быть функциональным, а не только декоративным», — Фабер Биррен
Теперь становится понятным широкое использование светлого и умеренного зелёного в интерьерах заводов и комнат управления Манхэттенского проекта. Достаточно было одной ошибки, чтобы в этих городах произошла масштабная катастрофа. Биррен пишет: «Обратите внимание, что большинство стандартных цветов мягкие. Это сделано намеренно для создания не отвлекающей от работы среды. Зелёный — спокойный и естественный цвет для интерьеров среднестатистического завода. Рекомендуется использование светло-зелёного и умеренного зелёного».
Проверка теории цвета
Давайте проверим, как реализовывались эти теории, на примере фото комнаты управления реактором Б в Хэнфордском комплексе. В своей книге Биррен рекомендовал следующее использование цветов на небольших промышленных участках:
✔️ Умеренный зелёный для нижней части стены (до высоты талии).
✔️ Умеренный серый для станков, оборудования и стоек.
✔️ Огненно-красный предназначен исключительно для устройств пожаротушения.
✔️ Бежевые стены могут использоваться в интерьерах, лишённых естественных источников света.
✔️ Пол светлого цвета.
Как мы видим, теория цвета соблюдена досконально.
Другие промышленные заводы США, на которых применялось это цветовое кодирование
Это исследование теории цвета открыло для меня целый новый мир, и я с радостью продолжу его исследование. Например, любопытно, что Германия разработала собственный оттенок цвета морской пены Cologne Bridge Green, специально предназначенный для мостов. Но это уже тема для отдельной статьи.
Вдохновившись этим дизайном, я спроектировала шрифт под названием «Parts List», созданный, чтобы вызывать ощущение, что ты сидишь в подсобке, вдыхая запах подгоревшего кофе. Я составила этот шрифт из старых списков автодеталей.
