Все ждут, что ИИ-пузырь хлопнет. Картинка в голове простая: однажды утром рынок рухнет, как доткомы, и всё закончится. Но это неправильная метафора. Лопается не способность моделей и не «ИИ вообще». Сдувается финансовая архитектура вокруг них - медленно, в другом слое, чем тот, на который направлены глаза.
Аргумент про то что растёт выручка можно в 2026 читать ровно наоборот.
Пока подписки были щедро субсидированы, вопрос «а что мы с этого получаем» можно было не задавать. В первом квартале 2026-го фронтир-компании перевели корпоративных клиентов на оплату по токенам - субсидия кончилась, вопрос задали, ответ вернулся пустым. Uber сжёг весь годовой бюджет на токены за квартал, и его операционный директор честно признал, что не может провести линию от красивых метрик к отгруженной пользе. SemiAnalysis показал экономику на одного пользователя в лоб: на подписке за $200 в месяц можно сжечь токенов на $8–14 тысяч - провайдер доплачивает за то, что вы им пользуетесь. Meta через пару недель после того, как сама подстёгивала сотрудников жечь побольше токенов, ввела лимиты. Обе компании, по данным WSJ, обсуждают резкое снижение цен на и без того убыточный сервис. А отчёт KPMG про триумф агентного ИИ тихо сняли, когда выяснилось, что десятки ссылок в нём - галлюцинации модели, которой и поручили этот отчёт написать.
По сути - это схлопывание схемы финансирования.
И показательнее всего то, что миф о продуктивности рушится даже у тех, кто продаёт лопаты. 9 июня официальный аккаунт AWS - да, того самого Amazon, который зарабатывает на каждом вашем токене, - написал, что больше ИИ-кода не делает команду быстрее, а может и замедлить. Шесть миллионов просмотров. Когда поставщик инфраструктуры публично сдаёт главный тезис собственного маркетинга, это не оговорка - это «покажи окупаемость», пришедшее из самого замка. Свежий NBER подтверждает арифметику: строк кода стало больше, а реально отгруженных приложений - нет.
Со стороны организаций сдувается своё. Futurism со ссылкой на HBR описывает два эффекта. Первый - «рабочая жижа» (workslop): ИИ-выдача, которую сдают за результат, хотя она лишь перекладывает проверку на коллег. Второй - распад знаний (knowledge decay): переопора на ИИ разъедает оргзнание, навыки атрофируются, доверие к процессам падает, и люди тратят на проверку больше, чем экономят. Честная метрика ведь не «сколько агентов мы запустили», а «сколько людей расстроится, если их завтра выключить». По этой метрике почти везде ноль. Выживает узкое, проверяемое, на собственных данных. Уходит театр.
Теперь про нас - и тут самое интересное. В России прихода к отрезвленю в западном смысле не будет. Нет публичного слоя капитала, санкции отрезали и западные деньги, и передовое железо. Спекулятивную цену активу негде надуть. Вместо рынка - метрика «эффект от внедрения», штука мягкая и нефальсифицируемая: потенциал можно атрибутировать бесконечно, и некому потребовать замыкания у внутренней цифры.
Но в некоем виде отрезвляющая часть уже есть - только не как биржевой сигнал, а как кадрово-управленческий диагноз. РБК несколько месяцев назад назвал явление домашними словами: «LLMинги» («элэлеминги») - сотрудники, делегировавшие ИИ критическое мышление и сведшие свою работу к редактированию его выводов; «достигаторы», которые в погоне за бонусом строят дорогие песочные замки; «когнитивный долг», который копится, пока джун учится только промптить, не обрастая компетенциями. Та же рабочая жижа, тот же распад знаний - просто переведённые на язык российских кадровиков (РБК называет это «цифровым шумом»). С поправкой: ошибки и галлюцинации расходятся по цепочке «элэлемингов», а в большом коллективе с оценкой по закрытым задачам и потраченным часам это особенно незаметно - пока система не упрётся в накопленный запас прочности.
«Человек в контуре» как финальный гарант качества, а не заменяемый «оператор ИИ». Спрос на роль «ИИ-менеджера» - не достигатора, а стратега и архитектора, который увязывает бизнес-цели, процессы и инструменты и мерит не объём сгенерированного, а интегрированную в процесс ценность. Несущая там - старая заповедь IBM: компьютер нельзя привлечь к ответственности, значит, он не должен принимать управленческих решений.
То есть наше отрезвление - не обвал, а медленно расширяющийся зазор между нарративом «эффекта» и операционной реальностью, и первым его озвучивает не рынок, а кадровик. А раньше финансов в потолок упрутся вычислительные мощности: тесты китайских ускорителей вместо Nvidia - это про физический предел масштабирования, не про переоценку.
Сведём к одному. Три года все перечисляли бесконечный потенциал - открытое, незамыкаемое множество. Сейчас впервые требуют замкнуть граф: кто кого финансирует, на чьём железе, под какую выручку и кто отвечает за результат. Разговор про окупаемость, твит AWS, «человек в контуре» у РБК - это всё одно движение: рынок и организации требуют замыкания. Не апокалипсис. Нормальная эпистемика, пришедшая с опозданием на три года.
Сгорает пена и театр, а не узкая проверяемая польза. В цене - те, кто умеет отличать реальное от продаваемого, измерять и отвечать за интегрированный результат. Архитектор, а не достигатор. Отрезвление пугает, если ты внутри хайпа. Если ты тот, кто считает, - это твой рынок.