Привет, Хабр! У всех нас есть хобби, а выходные — самое время поговорить о своих! Не только о проектах, ИИ и о том, когда этот пузырь лопнет. Я 22 года играю на электрогитарах, и захотелось написать об этом статью — такой путеводитель по своему гитарному пути, учитывая, что в коллекцию недавно попал инструмент 1976 года выпуска.
Вспомнилось: как‑то я спросил у одного из своих техлидов, почему он так допоздна сидит и по‑прежнему что‑то пишет, создаёт свои пет‑проекты. Он ответ: «Это же моя первая любовь». Вот, наверное, про гитары я скажу так же.
Из всего общего между IT и музыкой я бы отметил постоянную отладку, настройку и внимательность к деталям. Владение инструментом и техниками звукоизвлечения — это одно, а вот найти полноценное своё звучание без упорства и внимательности не получится.
Этот путь — не только про музыку: он про дисциплину, эксперименты и умение слышать результат. Многие из этих вещей легли и в основу моей книги: там я показываю, как личные качества и подходы из творчества помогают в системной инженерии, моделировании и управлении сложными проектами.
Здесь же я хочу рассказать про гитары: про то, как собирал свой звук, менял инструменты, ошибался и находил удачные решения. Если вы тоже совмещаете техническую работу и творчество — надеюсь, найдёте для себя что‑то близкое.
В общем и целом, давайте поговорим о гитарах. Статья будет с фото инструментов — чтобы было видно, о чём речь
Начнем с чердака
Первую гитару я нашёл на чердаке в доме у дедушки. После долгих споров родителей папа согласился привести её в порядок: пересобрал, проклеил и установил нейлоновые струны (так порекомендовали в магазине для юного музыканта).
Уроков я никогда не брал — не считая тех, что мне показал старший троюродный брат: он научил меня читать табулатуры в Guitar Pro. Дальше я стал жадно поглощать песню за песней — Арии и Металлики. Что‑то получалось, что‑то совершенно не выходило. Так прошло пару лет: скилл прокачивался, и хотелось уже настоящего звука — того самого, который я слышу у своих кумиров.
Первая электрогитара
На самом деле это была электроакустическая модель — Jolana, как на картинке ниже. Выкупил я её за 1000 рублей — громадные деньги для 2003 года, если ты школьник.
Позже мне стало интересно, что же это за гитара и что за фирма такая. И вот что удалось найти. История компании началась вовсе не с гитар. В 1940‑х годах инженер Фердинанд Махалек разработал первый звукосниматель для фортепиано. Патент на него приобрёл изобретатель Ладислав Коржан, который на базе фабрики Resonet в Блатне наладил выпуск электроакустических инструментов. В 1955 году Resonet представил Grazioso — первую чехословацкую электрогитару. А на международной выставке EXPO‑58 в Брюсселе инструменты компании (включая Grazioso, гавайскую гитару Arioso и контрабас Arco) удостоились золотой медали.
Марка Jolana появилась лишь в 1959 году: её основал Йозеф Ружичка и назвал в честь своей дочери Иоланы. Производство сначала развернули на заводе Neoton в Градец‑Кралове, а официальную регистрацию торговая марка прошла в 1960 году. После этого производство расширилось за счёт открытия заводов в Горжовице и Крнове. Но к концу 1980‑х годов отрасль столкнулась с трудностями из‑за плановой экономики, а после падения «железного занавеса» выпуск инструментов под маркой Jolana прекратился.
Вот такая история.
Вернёмся к моему рассказу. Гитара есть — как же получить нужный звук?
На тот момент мне были доступны только процессоры — брат показал знаменитый Guitar Rig. И, несмотря на такое звуковое откровение, добиться хоть чего‑то внятного — без задержек и вообще адекватного — не очень получалось. Знаний не хватало, железо не тянуло.
Был один важный момент: открыв для себя небезызвестного Ингви Мальмстина, я запомнил его важный совет дословно: «Играйте с ушами. Что звучит хорошо — значит, хорошо». А звучало тогда всё не очень хорошо.
Первая реплика и формирование коллекции
И вот где‑то через полтора года я смог купить настоящий китайский стратокастер от Ashtone, а ещё — первую педаль от Yerasov с тремя каналами перегруза. Ничего примечательного в этом инструменте не было: дешёвая китайская реплика стратокастера, однако вполне работоспособная. По крайней мере, я так помню.
В то время мне особенно помогли материалы с диска, купленного в ближайшем магазине электроники, — на нём были статьи из Guitar World разных годов. Закк Вайлд, Джон Петруччи, Даймбэг Даррелл и, конечно, Мальмстин. Их уроки здорово помогли. Вот тут всё и понеслось: первые группы, выступления.
Через год я поступил в вуз и переехал в Москву. И первым делом открыл для себя гитарные магазины. После долгих метаний и накопленных денег я купил гитару, которая со мной до сих пор, — Cort Z42‑FT (серия Zenox) в отделке Cherry Red Sunburst. Правда, за эти годы я модифицировал её фирменными звукоснимателями EMG 81/85 от Закка Вайлда — и в таком виде она, прямо скажем, преобразилась из бюджетной гитары.
Почему я к ней так прикипел? Во‑первых, вес и удобство. Я много пробовал классических «лесполов» и реплик — и все они были жутко тяжёлыми, в отличие от этой модели. Думаю, многие с этим согласятся. Во‑вторых, звук. Из‑за грифа на болтах и других конструктивных особенностей атака лучше читается (на мой вкус). Ну и активные звукосниматели — никаких лишних шумов и максимальный «выхлоп».
Особенной гитарой — этаким «франкенштейном», как у Ван Халена, — у меня была Aria Pro 1989 года выпуска. Изначально гитара была модифицирована предусилителем и отсечками. Но во мне проснулась тяга экспериментатора — и я выкинул всё это к чёрту, оставив только один хамбакер в бридже и пустые окна от других звукоснимателей.
Со временем пришлось заменить гитарный порожек и тремоло: с классического шестиболтового на двухболтовое. Обидно, что при переезде этот инструмент я потерял.
Кстати, думаю, что все эти эксперименты и натолкнули меня на лайфхак со сбором данных со стенда диагностики электродвигателей через звуковую карту. Про этот опыт я уже писал в статье.
Были у меня и гитары разных марок: Jackson, Aria Pro, Godin, Gibson, Dean. На фото — китайский Jackson, чем‑то напоминающий знаменитый Jackson LE 88. Инструмент неплохой, эргономичный, но замена струн на китайском Floyd Rose жутко раздражала.
Недолго в коллекции пробыл и Cort G290‑FAT‑II в расцветке Blue Burst. Стильный, лёгкий суперстрат, чем‑то напоминающий Suhr, — казалось, это идеально подходящая гитара для фьюжна. Современное тремоло на двух болтах, локовые колки: инструмент идеально держит строй. А гриф из обожжённого клёна — очень красивое решение. Однако по габаритам инструмент мне не очень подходил.
Сейчас в коллекции остались только Cort и Schecter. SCHECTER PT EX DORIAN GRAY DG — это отдельная песня. Баритон, с выхлопными хамбакерами, качество потрясающее. Настоящий всадник апокалипсиса. А все послушать можно по ссылке.
Пара слов про усилители. Для дома я остановился на Yamaha THR — «зелёном» и «жёлтом». Поскольку палитра вкусов довольно сильно расширилась — от металла до блюза и фьюжна, — эта модель идеально подходит. И завершает эту композицию подписная «квакушка» Dunlop Crybaby от Даймбэга Даррелла. Вот такой набор диванного гитариста! :)
А совсем недавно в коллекцию попал инструмент, который значительно старше меня — 1976 года выпуска. StageCaster от Aria Pro — японский страт с фабрики Matsumoku. Корпус из японского ясеня, кленовый гриф на болтах, три сингла с хорошим выхлопом, но без сильного фона. Из особенностей — трёхпозиционный переключатель, а не пятипозиционный, как у обычных стратов и подобных гитар.
Пара слов про саму фабрику. Matsumoku Industrial — японская производственная компания, базировавшаяся в Мацумото (префектура Нагано) в 1951–1987 годах. Основанная в 1951 году как фирма по деревообработке и изготовлению корпусной мебели, Matsumoku запомнилась как производитель гитар и бас‑гитар — в том числе некоторых моделей гитар Epiphone и Aria.
После того как компания Gibson была продана Norlin, она провела реструктуризацию и начала переносить производство гитар Epiphone на другие японские предприятия, а также в Корею. К 1986 году рынок домашних швейных машин сильно сократился, а компания Singer оказалась на грани банкротства. Matsumoku не смогла выкупить свои активы у Singer и в 1987 году прекратила работу.
После закрытия Matsumoku компания Aria продолжила выпуск гитар и бас‑гитар линейки Aria Pro II на собственных заводах и с привлечением других производителей. Некоторые топовые и специальные серии гитар по‑прежнему выпускают в Японии, однако большая часть гитар Aria сейчас производится в Корее и Китае.
Заключение
Двадцать два года пути пролетели как один миг. От первой найденной на чердаке акустической гитары до винтажного инструмента 1976 года выпуска — каждый этап этого путешествия был наполнен открытиями и экспериментами.
Главное в этом пути — не конечная точка, а сам процесс поиска своего звучания, отладки каждого элемента, настройки и экспериментов. Как и в IT, здесь важна постоянная работа над деталями, внимание к мелочам и готовность к постоянному обучению.
Гитара для меня — не просто инструмент, а верный спутник в творческом пути. От бюджетных моделей до профессиональных инструментов — каждый из них оставил свой след в моей истории. Особенно ценно то, что некоторые из них стали настоящими друзьями благодаря удачным модификациям и настройке под себя.
Музыкальное творчество — не просто хобби, а мощный инструмент развития личности. Именно через практику и постоянное совершенствование мы находим свой уникальный путь. Свой опыт я описал в книге.
Спасибо, что были со мной в этом музыкальном путешествии! Надеюсь, мой опыт будет полезен тем, кто только начинает свой путь в мире электрогитар. Помните: главное — получать удовольствие от процесса!
P. S. Лирические отступления закончились — дальше будут опять статьи про трудовые реалии.